Случаи из практики: Черепно-мозговая травма

Это история одной трагедии. В автомобильной катастрофе молодая женщина получила тяжелейшую травму головного мозга. За ее жизнь врачи боролись долгих пять недель. И она выжила. Но прежней доброй, интеллектуально развитой и художественно одаренной Виктории уже не было. Она забыла все.

Забыла, что есть маленькая дочь и муж, есть родственники и друзья. Она со странной ухмылкой часто спрашивала: “А вы не обманываете, что у меня есть ребенок?”

Забыла свою профессию. Не помнила назначение самых обычных бытовых предметов. Забыла буквы и цифры.

Она все время требовала есть, а после еды засыпала.

Сон был ненормальный: то надолго замирало дыхание, то начинало бешено колотиться сердце и все тело покрывалось потом.

Постоянно мучили нестерпимые головные боли. Если не успевали во время сделать обезболивающий укол, она просто кричала.

Когда не болела голова, много болтала и шутила. Ее шутки, своей грубостью и постоянными вставками нецензурных слов, приводили родственников в неописуемый ужас.

Она стала нетерпимой. Даже легкое замечание приводило в бешенство, и тогда на голову близкого человека лился поток площадной ругани.

Когда состояние улучшилось, и Виктории разрешили ходить, обнаружились грубые расстройства походки. Создавалось впечатление, что она постоянно находится на высоко натянутом канате, и как канатоходец, все время ловит точки равновесия.

Кроме перечисленного, были серьезные нарушения со стороны эндокринной системы.

Такой мы увидели Викторию, спустя шесть месяцев после трагедии. К тому времени наша программа индивидуального восстановления нервной системы уже помогла нескольким десяткам людей вернуть здоровье и вновь обрести радость жизни.

Прежде чем начинать лечение, необходимо было определить состояние работы центров вегетативной нервной системы. Почему именно к этой части нервной системы было приковано наше внимание? Все дело в физиологии. Вегетативные ганглии, которые находятся на уровне шейного отдела позвоночника, управляют кровоснабжением и питанием клеток головного мозга. И от травмы мозга они столь же сильно страдают, как если бы удар пришелся на них. Без учета этого фактора – лечение и выздоровление остаются неполными.

Термографическое исследование обнаружило у Виктории сложные расстройства в шейных и грудных вегетативных центрах. Лечебные воздействие на их проекции и были отправной точкой начала восстановительного лечения.

Лечение проводилось ежедневно, в течение 10 дней. За этот период полностью прошли головные боли, улучшилась походка. Восстановился нормальный сон. И лишь сновидения огорчали. Каждую ночь она видела одну и ту же картину – черный квадрат Малевича.

Самой большой радостью были заметные улучшения памяти. Вернулись навыки пользования предметами гигиены. Неуклюже, но начала писать и рисовать – все-таки по профессии художник-дизайнер.

В последующие 3 месяца мозг продолжал активно восстанавливаться. Кроме событий той страшной трагедии, она помнила уже почти все. Вот только с оттенком какой-то странной отчужденности: вроде бы это она, и в тоже время – не совсем она. Оставались проблемы с координацией. Часто были взрывы неуправляемых эмоций. Возникали эпизоды, когда плохо видела или не понимала значение слов, или забывала слова и буквы. Периодами становились тяжелыми руки, и это вызывало трудности даже расчесывать волосы. Оптимизирующим фактом стало восстановление женского гормонального цикла.

По истечении трех месяцев был проведен второй курс лечения. Как и в первый раз, основой лечебных мероприятий служило исследование собственного инфракрасного излучения Виктории. Его анализ вновь помог обнаружить все проблемные места в нервной системе.

Спустя еще два с половиной месяца нам позвонила близкая родственница Виктории и долго рассказывала об ее состоянии. Смысл рассказа заключался в одной фразе: “Виктория стала прежней Викторией”