Интервью с мамой Филиппа, аутизм

Галина – мама двоих детей-аутистов. В 2013 году Галина сама обратилась в КЦ вегетативной неврологии с признаками ВСД и панического невроза. После успешного прохождения двух курсов лечения Галина привела к нам своего старшего сына Филиппа.

Мальчик проходил лечение в клинике дважды: в январе и ноябре 2016-ого года. Микрополяризация головного мозга и минимальный объём инфракрасной накожной лазеротерапии помогли достичь значительных результатов в его развитии.

 

Добрый день, Галина. Расскажите, пожалуйста, причину вашего обращения в КЦ вегетативной неврологии.

Здравствуйте. Мы обратились в клинику с диагнозом тяжелый аутизм. Моему сыну Филиппу поставили этот диагноз в три года, но до Клинического Центра мы дошли только в шесть лет. Три года до этого мы лечились безрезультатно. Он не мог ни с кем контактировать, не разговаривал и практически ни на что не реагировал.

Какое лечение рекомендовали Вам врачи до того, как Вы обратились в Клинический Центр доктора Беленко?

В три года нам выписали Фенибут. Мы принимали его два с половиной месяца. После Фенибута ребенок просто сидел и смотрел перед собой в одну точку: до такой степени лекарство его успокаивало. Позитивной реакции никакой не было. Мы не получали желаемого результата. А для любого родителя в такой ситуации желаемый результат – это нормальное (насколько это возможно, конечно) развитие ребенка. Его не было. Наоборот, ребенок постепенно превращался в овощ. Позже врач предложил заменить ноотропные препараты на нейролептики. Но наше состояние от этого только усугубилось – начались истерики.

Эти три года – с трех до шести лет – Вы лечились только медикаментозным способом?

Нет, еще мы применяли педагогические методы: занятия с преподавателем, с логопедом. Педагогика может принести хороший результат, но заниматься надо регулярно, и это требует немалых затрат – и денежных, и временных. А у нас в семье два ребенка-аутиста. В то же время, занятия не могут полностью заменить лечение. Нам педагогика сначала не сильно помогла.

Какое лечение принесло Вам долгожданный прогресс?

Существенного успеха мы достигли только благодаря микрополяризации головного мозга, которую нам предложили сделать в КЦ вегетативной неврологии.

До этого врачи предлагали Вам лечение микрополяризацией?

Нет. Как ни странно, микрополяризацию нам предложили только в клинике Беленко.

Уже после лечения мы нашли невролога, который специализируется на аутизме и который подтвердил, что микрополяризация – это та база, которая необходима детям-аутистам. Оказалось, что микрополяризация мозга и воздействие на вегетативные зоны лазером и магнитом улучшают кровообращение, кровоснабжение мозга и активизируют мозговую деятельность. А все, что питает мозг, — это именно то, что необходимо таким детям. Психотропные препараты же, наоборот, «глушат» мозговую активность.

Почему Вы решили обратиться с диагнозом аутизм в КЦ вегетативной неврологии?

На самом деле, мы шли интуитивно, наощупь. Во-первых, до постановки диагноза самый первый невролог делала Филиппу ЭЭГ (прим. ред.: электроэнцефалографию) и сказала, что вегетативная нервная система сильно травмирована, и из-за этого в развитии ребенка могут быть проблемы. Вторая и более значимая причина в том, что я сама пролечилась здесь 2 курса в 2013-2014 годах. И была очень благодарна докторам клиники.

А с каким диагнозом Вы обратились в клинику Беленко?

Дело в том, что моя нервная система существенно пострадала, когда я узнала, что у всех моих детей инвалидность. Мне ставили ВСД, были панические атаки и практически весь набор вегетатики. Полтора года я пыталась понять, что со мной происходит. И когда поняла, что лекарства не помогают, обратилась сюда. За два курса я вылечилась полностью. После этого мы решили попробовать пролечить здесь и Филиппа. Мы не были уверены, поможет это или нет. Однако в итоге результаты были просто необыкновенные!

Когда Вы заметили, что лечение помогает?

Уже после 8-ой процедуры. В тот день Филипп впервые осознанно произнес слово. Это было слово «дай». С тех пор все, что касается речи, у нас идет с очень хорошим прогрессом. Логопед нас постоянно хвалит. Филипп выполняет все, что от него требуется при его степени аутизма и даже больше.

Какие еще улучшения Вам принес первый курс лечения?

Прежде всего – это осознанная речь. Не то, чтобы он заговорил как нормальные дети в 6 лет, но он стал говорить осознанно, смог заучивать слова, фразы и применять их по ситуации. До 6 лет он «общался» на своем тарабарском языке, напоминающим детский лепет. Не было ни осознанных слов, ни обращения с какой-нибудь просьбой; и вдруг – «дай», а еще попозже – «включи/выключи свет» и многие другие слова.

Как реагировали окружающие на такие изменения в развитии Филиппа?

В учебном учреждении, где занимаемся мы и дети с похожим диагнозом, все сразу же заметили прогресс! Все стали спрашивать: «Что Вы такое сделали?! Как?!» Некоторые дети ходят туда годами, чтобы сказать хотя бы одно слово. А тут у Филиппа буквально полилась речь! Кроме того, в обычном детском саду Филипп вместе с другими детьми выучил танец и танцевал на празднике. Воспитатели очень радовались его успехам!

Как прошел процесс реабилитации после лечения?

Не все было гладко. Во-первых, прогресс шел волнообразно. В течение полугода он все время выдавал что-то новое. Временами были фазы затишья. Во-вторых, пробуждение мозговой активности проявляется не только плюсами, но и минусами. Например, ребенка может вдруг что-то испугать. Это нормально, просто нужно быть готовым к сюрпризам. Здесь могут помочь только терпение и труд.

Спустя 10 месяцев Вы прошли повторный курс. Какие открытия ожидали Вас в этот раз?

У Филиппа появились мимика и эмоции! Как правило, дети-аутисты сидят с совершенно неподвижным лицом, редко улыбаются, редко смеются. И у нас так было. Но после второго курса (и это нас очень удивило!) он стал копировать эмоции. Он хмурил брови и говорил: «нельзя так!». То есть копировал, как я его ругаю. Это было очень забавно! Потом он научился дуть. Сдувал одуванчики или перо с руки. Еще у нас появилась сюжетно-ролевая игра. Он стал проговаривать слова из мультиков и подбирать в игре персонажей, похожих на мультяшных. Появился контакт глаза в глаза. В общем, прогресс был огромный! И сейчас он сохраняется.

Что бы Вы могли пожелать родителям детей-аутистов?

Любви и терпения! Если трудиться, то можно достичь очень хорошего результата, даже если у ребенка диагноз тяжелый аутизм, как у нас. Не пейте таблетки! В Америке и Европе медикаментозным методом аутизм давно не лечат, ведь аутизм – это не шизофрения или другое опасное психическое заболевание, которое этого требует. Нужно использовать возможности современной медицины. И начинать лечение лучше как можно раньше, ведь мозг ребенка развивается очень быстро! Мы жалеем, что не смогли обратиться в клинику сразу, просто потому что не знали. Но сейчас собираемся пройти еще один курс с Филиппом и приступить к лечению второго ребенка.

Комментарий врача-невролога:

Безусловно, к детям-аутистам нужен комплексный подход: кроме восстановления физиологии работы нервной системы с помощью методов микрополяризации головного мозга, лазерной терапии, магнитной терапии и др., необходимы занятия с логопедом и детским психологом. Лечение лучше начать как можно раньше, и провести 3-4 курса с интервалами в 6 месяцев.

 

ДОП. МАТЕРИАЛЫ:

Отрывки из писем доктору от няни Филиппа об улучшениях после лечения

ПЕРВЫЙ КУРС ЛЕЧЕНИЯ, ЯНВАРЬ 2016 Г.

25 ЯНВАРЯ 2016 Г.

У психолога Филипп проявлял инициативу, сам предлагал правила игры и настаивал на них. Кое с чем Александра Викторовна соглашалась и подыгрывала ему. В целом занятие прошло спокойно и завершилось на позитивной ноте: А.В. пускала мыльные пузыри, Филя их ловил и лопал, при этом держал в поле зрения А.В., которая перемещалась по кабинету, а самое главное – просил её продолжать игру, сначала складывая губы и показывая. Что надо дуть, а потом в ответ на наш призыв выразить свою просьбу словами сказал: «Дуй!» и повторил это слово несколько раз.

Дома в этот день, как рассказывала мама Галя, несколько раз произносил «дай».

07 ФЕВРАВЛЯ 2016 Г.

Итак, вторая неделя после лечения Филиппа (с 30 января по 5 февраля), если оценивать его самочувствие и реакцию на окружающий мир, прошла довольно ровно: у него не было истерик, на отказ выполнять его желания реагировал спокойнее, чем обычно. Единственное исключение — у дефектолога не хотел выполнять предложенные ему задания (причина — заставляют делать то, что он не хочет) и довёл себя до слёз. Тем не менее, со всеми заданиями справился.

В пятницу проходило интегрированное занятие, одним из элементов которого является танец с платочками. Танцевали уже не первый раз, и раньше Филя просто бросал платочек и смотрел, как он плавно опускается на пол. В этот раз он, кажется, понял, что платок надо держать пальцами и выполнять с ним определенные движения: поднимать, опускать, кружиться. По крайне мере, несколько таких движений выполнил.

Продолжает радовать новыми словами, которые употребляет к месту: в течение недели несколько раз здоровался («Привет!») и прощался («Пока!»). Начинает говорить предложениями: «Дай сок!» (просит у мамы, когда она его стимулирует к этому).

14 ФЕВРАЛЯ 2016 Г.

В течение недели (с 6 февраля) состояние Филиппа было в основном стабильным. Истерики случались, но редко. Скорее, это были капризы, переходящие в истерику (к примеру, требовал у мамы телефон).

На занятиях у психолога и дефектолога по моему предложению специалисты усложнили ему несколько заданий, и Филя с ними успешно справился.

На занятиях по изобразительному искусству пытается освоить новые для него техники рисования.

На всех занятиях проявляет инициативу, пытается все делать по-своему — креативщик еще тот! Специалистам приходится его сдерживать и направлять в нужное русло.

«Привет», «пока», «спасибо» — закрепились в его лексиконе. Кроме того, уже вторую неделю, если у него что-либо неожиданно падает или что-то не получается, вскрикивает «ой» или приговаривает «ой-ё-ёй».

Пробует произнести новые для него слова. Например, телефон. Но дается это с трудом.

В предыдущем письме не отметила, что в конце прошлой недели на занятиях по ИЗО склеивали фигурки кошек. Когда Филя закончил работу, взял в руки своего кота и стал играть им, то сказал «мяу».

28 ФЕВРАЛЯ 2016 Г.

Филя продолжает радовать. Следует отметить, что в течение этих двух недель настроение у него в основном ровное, эмоциональные взрывы случаются все реже, и сила их не так велика, как раньше.

Еще один огромный плюс — начал выполнять движения, которые раньше не мог осилить — приседает и притопывает ногами (первый раз — на репетиции праздника). А в эту среду, 24 февраля, на музыкальном занятии танцевал танец с платочками, держал их в руках (раньше бросал и смотрел, как они планируют на пол) и повторял движения. У психолога освоил игру в прятки. У логопеда по картинкам говорил новые для него слова.

Что касается речи, то почти всегда повторяет за взрослыми те слова, которые они просят произнести. «Привет», «пока», «спасибо» употребляет к месту, если ему что-то нужно, просит дать.

Сам раздевается и кладет свои вещи на место (при напоминании). Одевается с помощью взрослых, но штаны натянуть, замки застегнуть может сам.

 

ВТОРОЙ КУРС ЛЕЧЕНИЯ, ФЕВРАЛЬ 2017 Г.

14 ФЕВРАЛЯ 2017 Г.

В первые две недели после лечения у Филиппа наблюдалась улучшенная концентрация внимания и на занятиях, и в повседневной жизни. К примеру, он легко выполнял задания специалистов в лекотеке по выбору цвета карандаша, пластилина, собирал пазлы, выполнял новые задания на физкультуре, хорошо реагировал на речь. У логопеда стал с удовольствием заниматься логопедической гимнастикой.

По поводу отказа от памперсов есть некоторый прогресс: когда уж сильно полные, он их меняет самостоятельно. Иногда даже без напоминаний.

Что касается речи, то, на мой взгляд, он просто ленится что-либо говорить. Да и стимула к этому нет: дома Филя объясняется с помощью знаков, жестов, мимики, и все его желания исполняются.

Положительный в определенной степени момент — стал чаще петь песенки из мультиков и интернета.

Еще один небольшой сдвиг – учится одеваться и раздеваться. Когда собираемся выходить из дома, заставляем его одевать теплые штаны, джемпер, куртку, носки натягивать. Когда возвращаемся, всё снимает, раскладывает по местам. Делает это под нажимом и под контролем, очень нехотя.

На физкультуре очень ловко катает мячики по наклонной плоскости, метко попадая в приставленную корзину (это началось сразу после лечения).

Филипп занимается с логопедом, внимательно слушает и выполняет задания (видео)